Влияние санкций на нефтегазовое оборудование в России
С 2014 года Россия находится под воздействием санкций, затронувших ключевые отрасли экономики, в том числе и нефтегазовый сектор. Ограничения коснулись долгосрочного финансирования нефтегазовых компаний, получения иностранного оборудования и технологий, а также возможности сотрудничества с зарубежными компаниями.
Современное нефтегазовое оборудование
Обзор санкций и их воздействия
Введенные санкции постоянно расширяются и ужесточаются, при этом нет определенности относительно сроков их действия. Наиболее болезненными для российских нефтегазовых компаний являются финансовые санкции, затрудняющие получение финансовых ресурсов на международном рынке.
Также санкции негативно сказываются на тех направлениях добычи, где зависимость от импортного оборудования и технологий высока. Однако, они создают условия для снижения зависимости от импортной продукции, развития импортозамещения и разработки собственного оборудования и технологий.
Анализ функционирования компаний в условиях санкций
В статье рассматриваются особенности функционирования российских нефтегазовых компаний в условиях санкций, введенных западными странами. Выявлены направления и проекты, наиболее зависимые от санкций, проведен анализ изменения показателей добычи и экспорта нефти и газа за последние годы.
Отмечается, что перспективным направлением развития российского нефтегазового сектора является освоение шельфовых ресурсов Арктики, что требует самых современных технологий и оборудования.
Также раскрыты перспективы сотрудничества российских компаний с компаниями Азиатско-Тихоокеанского региона и возможности импортозамещения в нефтегазовой отрасли.
Ключевые проблемы и вызовы
В связи с введением неоднократных санкций начиная с 2014 года в сторону Российской Федерации снизились возможности получения инновационных технологий из-за рубежа, появились проблемы недостатка финансирования в ТЭК, остро встал вопрос реализации собственного производства, а также перестройки направлений внутренней политики ТЭК и реформирования общественных институтов для активизации инновационной деятельности.
Санкции поставили под угрозу само существование и деятельность многих российских энергетических компаний. К основным негативным факторам, которые оказали санкции на нефтегазовую отрасль России, можно отнести рост издержек, а также снижение уровня конкурентоспособности нефтегазовых компаний страны.
Зависимость от импортного оборудования
Согласно сведениям, предоставленным Министерством энергетики Российской Федерации, доля импортного оборудования и технологий в нефтегазовом секторе страны была на уровне порядка 60%, а по некоторым другим отраслям и вовсе - достигала 90%.
В результате чего, в период действия санкций, в стратегии развития как энергетики, так и экономики страны особая роль стала отводиться импортозамещению, наращиванию объемов производства инновационного оборудования, а также разработке инновационных технологий, в том числе, для энергетической отрасли.
Влияние на экспортные проекты
На конкурентоспособности российских нефтегазовых компаний негативное воздействие также оказывают ограничения, которые касаются участников экспортных газо- и нефтепроводов, способные привести к задержкам в строительстве трубопроводов (как пример, «Северный поток-2») или и вовсе к отмене некоторых проектов.
Разработка месторождений Баженовской свиты совместным предприятием «Газпром нефть» и Shell, под влиянием введения санкций было отменено.
Стоит отметить, что введение санкций не повлияло на некоторые проекты. Например, норвежская Equinor (ранее Statoil) совместно с российской «Роснефтью» продолжает разрабатывать доманиковые отложения на территории Самарской области.
Ограничения на инновационные технологии
Также принятые США санкции по отношению к России направлены на то, чтобы не допустить возможности импорта российскими нефтегазовыми компаниями инновационных технологий, а также оборудования, позволяющих разрабатывать глубоководные, арктические, шельфовые, сланцевые проекты, что по словам А. Новака никак не влияет на текущие проекты, но может сказаться на будущих рисках в разработке нефтегазовых проектов.
Импортозамещение и новые возможности
В 2014 году были введены первые санкции, ограничивающие экспорт в Россию нефтегазового оборудования. Тогда европейским и американским компаниям было запрещено предоставлять российским партнерам высокотехнологичное оборудование по разведке и добыче глубоководной, арктической нефти и для проектов сланцевой нефти.
Импортозамещение нефтяного оборудования проводится с 2014 года, когда Запад ввел против России первые санкции в этой отрасли. Российские компании занимались импортозамещением, и им удалось снизить зависимость от импорта с 60% в 2014 году до 40% в 2021 году.
Уже сейчас в Китае, который является крупнейшим в мире потребителем энергетических ресурсов, чуть более 15% импортируемой нефти приходится на Россию (2-е место среди экспортеров) с объемом в 77,7 млн т.
Кроме того, помимо экспорта нефти, благодаря строительству и вводу в конце 2019 г. в эксплуатацию магистрального газового трубопровода «Сила Сибири» у России появилась возможность активного наращивания собственного экспорта в страны Азиатско-Тихоокеанского региона.
Так, между ПАО «Газпром» и «CNPC» уже был заключен контракт на поставку по магистральному газовому трубопроводу «Сила Сибири» природного газа в объемах порядка 38 млрд куб. м.
Вместе с тем, как отмечалось выше, единственно верным и успешным способом внедрения инновационных технологий и оборудования в условиях санкций, является их собственная разработка.
Также стоит отметить, что не только российские нефтегазовые компании пострадали от введения санкций.
Влияние ухода нефтесервисных компаний
В феврале 2022 года четыре крупнейшие мировые нефтесервисные компании («большая четверка») объявили о приостановке работы на российском рынке. Поставщиками высокотехнологичных решений были ведущие иностранные сервисные компании, так называемая «большая четверка» - Schlumberger, Halliburton, Baker Hughes и Weatherford.
Нефтесервисные компании производят оборудование для бурения скважин, занимаются обслуживанием трубопроводов и разработкой IT-решений для нефтегазовой отрасли.
По данным VYGON Consulting, на нефтесервисном рынке в России доля иностранных компаний составляет 18%, остальное приходится на российские компании. Доля Schlumberger составляет 8%, Weatherford - 3%, а Baker Hughes и Halliburton - по 2%.
По данным экспертов, опрошенных Forbes, краткосрочно уход нефтесервисных компаний не окажет существенного негативного эффекта на нефтегазовый сектор.
Аналитик ИК «Финам» Сергей Кауфман заявляет, что отсутствие современных технологий приведет к повышению себестоимости добычи и сложностям в освоении трудноизвлекаемых запасов.
По данным Интерфакс, сейчас Правительство изучает возможности для импорта оборудования для ТЭК через дружественные страны для смягчения эффекта от новых санкций.
Например, у CNPC есть дочерняя нефтесервисная компания BGP, которая активно проводит экспансию на мировом рынке. Китайская компания CNPC входит в новые российские нефтегазовые проекты и обсуждает планы сотрудничества с «Роснефтью», «Газпромом», «Газпром нефтью» и «НОВАТЭКом».
Среднесрочно российским нефтегазовым компаниям может начать не хватать импортного оборудования для сложных видов работ. Частично западное оборудование можно будет заменить на китайское или российское. Также возможно найти способы обхода санкций.
Сценарии развития и прогнозы
Проведенный анализ доступности технологий и инвестиций по компаниям и по месторождениям, а также моделирование нефте- и газодобычи показали, что на горизонте до 2020 года, несмотря на все ограничения, у России есть потенциал для дальнейшего увеличения объемов добычи нефти и газа за счет уже подготовленных месторождений.
В среднесрочном периоде до 2025 года, даже в случае ужесточения доступа к технологиям, по расчетам экспертов, объем добычи нефти не пострадает катастрофически: разница между базовым сценарием и сценарием «усиление санкций» составляет 30 млн тонн к 2025 году (около 5% от текущей добычи).
По добыче газа серьезных ограничений также не видно, а вот по трубопроводной транспортировке на экспорт, учитывая весь комплекс отношений с Украиной, уже намечается бутылочное горлышко.
В первую очередь из-за объективного ухудшения качественных характеристик месторождений и роста доли трудноизвлекаемых запасов. Поддержать добычу можно было бы за счет углубленной разработки действующих традиционных нефтяных месторождений с применением методов интенсификации добычи (ГРП, в том числе и многостадийный ГРП (МГРП), третичные методы увеличения нефтеотдачи и так далее), путем разработки нетрадиционных запасов нефти на суше (в первую очередь - Баженовской свиты) или за счет разработки морских месторождений (в том числе на арктическом шельфе).
Однако у российских компаний сейчас практически нет своих технологий и оборудования для освоения нетрадиционных и морских запасов, а доступ к зарубежным технологиям ограничивают введенные санкции.
Новые санкции США и ЕС в 2024 году
С февраля США и ЕС ввели новые санкции против российского энергетического сектора. Они включают новые ограничения на поставки оборудования. Также с российского рынка ушли нефтесервисные компании «большой четверки».
В ночь с 22 на 23 октября США ввели блокирующие санкции против «Роснефти» и «Лукойла» - крупнейших российских компаний по объемам добычи. В SDN-list включили в том числе ряд их дочерних структур, работающих в России.
Евросоюз в рамках очередного, уже 19-го по счету пакета также усилил ограничения против российской нефтяной отрасли: запрет на покупку российского СПГ с 2027 г., ограничения против еще 119 танкеров, связанных с перевозкой российской нефти (всего под санкциями ЕС уже более 500 танкеров).
Министерство финансов США предприняло решительные шаги для выполнения обязательства стран G7 по сокращению доходов России от энергетических ресурсов, включая блокировку двух крупных российских нефтяных производителей.
Снижение объемов добычи нефти
Последствия для крупнейших нефтяных компаний
По подсчетам «Эксперта» на основе данных компаний по добыче нефти (с учетом конденсата) за 2024 г., на «Роснефть» приходится около 36% всей добычи в России (184 млн т), а на «Лукойл» - около 15% (76,5 млн т).
Партнер Kasatkin Consulting Дмитрий Касаткин сказал «Эксперту», что ключевыми рисками для «Лукойла» из-за включения в SDN-list могут стать проблемы с расчетами в долларах на зарубежных проектах, страхование судов, доступ к европейским портам и добровольный отказ неамериканских контрагентов от работы с компанией из-за риска попасть под вторичные санкции.
Директор по исследованиям Института энергетики и финансов Алексей Белогорьев отметил, что в группе риска проекты «Лукойла», где доля российской компании составляет 50% и более. Это НПЗ в Болгарии и Румынии, часть активов в Ираке, Мексике и Египте.
Новые санкции против нефтяного сектора РФ потенциально могут ударить по экспорту сырья в Индию. Согласно статистике Министерства торговли Индии, в 2024 г. Россия обеспечила 36,4% от общего объема импорта нефти.
По оценкам аналитика ФГ «Финам» Сергея Кауфмана, при негативном сценарии дисконты на российскую нефть могут вырасти еще на $2-4 за баррель с нынешних $12-14. Снижение объемов экспорта он ожидает в диапазоне 100-300 тыс. баррелей в сутки (б/с).
Российским компаниям придется перестроить логистику и в некоторых случаях найти новых покупателей, констатирует он.
Влияние на бюджет РФ
Риски для доходной части бюджета РФ от введения санкций против российских нефтяных компаний незначительны - по крайней мере, в краткосрочной перспективе, полагает ведущий эксперт Агентства трансформации и развития экономики (АТРЭ) Никита Капустин.
В беседе с «Экспертом» он напомнил, что с 1 января 2024 г. российский бюджет не получает доходов напрямую от экспорта нефти: все нефтяные налоговые поступления связаны с НДПИ, то есть с добычей.
Новые санкции, по мнению Никиты Капустина, приведут к укреплению и развитию альтернативных путей и механизмов торговли в обход юрисдикции США.
Мнения экспертов
Дмитрий Касаткин добавил, что санкции для «Лукойла» и «Роснефти» являются «очередной царапиной, но не критичным фактором».
Алексей Белогорьев предположил, что Индия через два-три месяца сможет восстановить объемы закупаемой российской нефти в случае снижения импорта сразу после введения санкций США. По его словам, рестрикции Минфина США являются организационно решаемой проблемой.
Иван Федоров отметил, что как правило, большинство логистических и финансовых структур (включая банки) полностью прекращают работу с включенными в SDN-list компаниями.
За нарушение санкций, особенно в части компаний из SDN-list, предусмотрена серьезная ответственность - блокировка счетов в американских и подконтрольных им юрисдикциях, арест имущества, запрет въезда в США, напомнил партнер экспертной группы Veta Дмитрий Жарский.
Таблица: Доля импортного оборудования в нефтегазовом секторе России
| Год | Доля импортного оборудования и технологий |
|---|---|
| 2014 | 60% |
| 2021 | 40% |